Почти половина российских компаний не тратятся на защиту ИИ

Около 45% российских компаний, внедряющих искусственный интеллект, не выделяют бюджет на его защиту, и только четверть имеют формализованную политику информационной безопасности для ИИ-сервисов. Высокая доступность и распространенность технологии создает иллюзию ее безопасности.Иван
Иванов© ComNews22.05.2026

Согласно сообщению ГК «Солар» (входят в ПАО «Ростелеком»), более 80% российских компаний заняты внедрением искусственного интеллекта в бизнес-процессы, но 45% организаций не выделяют средств на защиту ИИ. При этом текущим уровнем защиты ИИ довольны всего 41% профильных руководителей и только 25% имеют формализованные политики информационной безопасности в отношении искусственного интеллекта. Об этом рассказал коммерческий директор ГК «Солар» на сессии «Миллиарды под прицелом. Как управлять процессами, когда киберзащита стоит дороже подписки на ИИ?», прошедшей в рамках конференции «Цифровая индустрия промышленной России» (ЦИПР 2026).

По словам директора Центра технологий кибербезопасности «Солар» Ивана Васунова, основной спрос бизнеса на защиту искусственного интеллекта сфокусирован вокруг нескольких направлений. Первое — это последствия использования ИИ, такие как предотвращение утечек данных, анализ исходящего и входящего ИИ-трафика, анализ кода, написанного ИИ, обеспечение разработки безопасного программного обеспечения. Второе — защита от атакующего ИИ через автоматизацию сценариев реагирования. Третье — защита ИИ от нарушителя.

«В кибербезопасности ИИ — это не помощник. Это инструмент, который касается самого чувствительного в любой компании: инциденты, уязвимости, архитектура, иногда — коммерческой тайны. Поэтому здесь нет права на ошибку», — сказал он.

Иван Васунов рассказал, что компаниям нужно установить правила общения с публичными нейросетями и контролировать, что загружается внутрь сети и что сотрудники получают в ответ с помощью шлюзов веб-безопасности. По его словам, важно разграничивать, отслеживать и контролировать ИИ-агентов: какие учетные записи агент использует, куда имеет доступ, какой информацией обмениваются субъекты.

«Важно научиться безопасно переносить внутрь компании вайбкодинг: проверять код, определять доверенные и недоверенные репозитории, контролировать процессы внешнего, по умолчанию недоверенного кода», — сказал он.

С результатами «Солара» согласился директор продуктового портфеля и сервисов ООО «АйТиПи Сервисы» (CICADA8) Сергей Колесников. Он отметил, что из-за скорости внедрения искусственного интеллекта в сервисы компании у многих компаний не были заложены бюджеты на новый класс защитных решений.

«Возникает опасный разрыв: бизнес уже активно использует ИИ, а процессы безопасности, политики ИБ и контроль часто появляются позже. Спрос на защиту ИИ заметно растет, потому что с каждым месяцем становится больше атак, направленных именно на ИИ-системы, LLM-приложения и агентов», — сказал он.

Аналогичного мнения придерживается сооснователь ООО «Пантеон Айти» (Minervasoft) Алексей Зобнин. Он добавил, что защита ИИ часто воспринимается как второстепенная задача из-за открытого вопроса ценности искусственного интеллекта. Если компания не решила где и для чего применять ИИ, то и о защите говорить преждевременно.

«Спрос на защиту искусственного интеллекта, скорее всего, растет, во многом из-за низкой базы. При этом я не думаю, что сейчас это острый вопрос для рынка и для компаний, которые только внедряют ИИ», — сказал он.

По словам Сергея Колесникова, текущие ИБ-решения не всегда умеют работать с новым для них типом риска — контекстом ИИ-систем. Он отметил, что классические инструменты зачастую не понимают, что происходит внутри LLM-сценариев.

«Какой контекст передается модели, какие инструкции влияют на ответ, где в запросе легитимная бизнес-задача, а где prompt injection, какие данные модель может раскрыть и какие действия агент собирается выполнить. Поэтому они не всегда способны корректно оценить и предотвратить риски, специфичные для GenAI. Именно поэтому появляются отдельные классы решений, заточенные под защиту GenAI: LLM firewall, AI security posture management, средства контроля shadow AI, защита кодинг-ассистентов и инструменты управления действиями ИИ-агентов. Они дополняют классическую ИБ и закрывают сценарии, которые стандартные средства защиты изначально не покрывали», — рассказал он.

По словам генерального директора ООО «Рукс Солюшенс» (RooX) Алексея Хмельницкого, пока рано говорить о полноценном контроле доступа для ИИ-агентов преждевременно, эту задачу еще предстоит решить. Однако он отметил, что практические шаги уже возможны и начинать их стоит с пересмотра подхода к полномочиям доступа.

«Ключевая проблема в том, что классические модели контроля доступа заточены под людей и детерминированные системы, поведение которых можно жестко предсказать и ограничить. В отличие от таких систем, ИИ-агенты действуют иначе. Их действия должны быть гибкими, но их нельзя описать простым и окончательным перечнем разрешенных действий. Поэтому первым и необходимым шагом является признание того, что такой агент — это не человек, а особая машинная сущность, non-human identity, у которой есть доверенность на выполнение определенных операций, но не полномочия полноценного сотрудника. На практике управление действиями ИИ-агента наиболее близко к тому, как в организациях работают доверенности между людьми. Бизнес самостоятельно и явно должен прописывать, какие действия агент может совершать, при каких условиях и с какими ограничениями. Причем это даже не столько техническая задача, сколько концептуальная и организационная», — рассказал он.

Другим важным принципом, по его мнению, являются действия ИИ-агента от имени конкретного человека, сотрудника, запустившего его и потому отвечающего за его действия. Это позволяет ассоциировать действия искусственного интеллекта с реальным сотрудником и при необходимости скорректировать его поведение через живого человека.

«Таким образом, самое первое, что компания может сделать уже сейчас, — ввести понятие non-human identity в модель управления доступом, затем привязать каждого агента к конкретному сотруднику, от имени которого он действует, и обеспечить возможность в любой момент повлиять на его действия через этого человека. Все остальные задачи еще только предстоит решить», — заключил Алексей Хмельницкий.

Источник: comnews.ru